{metadescription}
Кризис тюремной системы: заключенные вне зоны доступа

Кризис тюремной системы: заключенные вне зоны доступа

В Казахстане осужденные не могут беспрепятственно рассказывать о своих проблемах правозащитникам, считает эксперт.

Громкий скандал вокруг группового изнасилования осужденной Натальи Слекишиной в следственном изоляторе Алматы вскрыл ряд проблем казахстанской тюремной системы. Одна из них – несвоевременное получение информации о нарушениях, происходящих в колониях и СИЗО.

Известный правозащитник и директор Казахстанского бюро по правам человека Евгений Жовтис считает, что начинать нужно не с последствий, а с причин происходящего. Одной из них, по его мнению, стал перевод всей пенитенциарной системы Казахстана в 2011 году из ведения Министерства юстиции РК в Министерство внутренних дел РК, то есть тюремная система попала в ведение того же органа, который и проводит расследования. Эксперт считает, что для кардинального решения этой проблемы необходимы системные меры. Одними практическими механизмами, по его словам, тут не обойтись.

«В качестве системных мер мы с 2011 года рекомендуем либо переводить всю пенитенциарную систему, начиная со следственных изоляторов и заканчивая колониями, в гражданское ведомство Министерства юстиции, либо вообще создавать отдельное Управление мест содержания под стражей.

И второе – систему нужно демилитаризовывать. В местах лишения свободы, в СИЗО непременно должен быть персонал, который обеспечивает охрану. Но все остальное должно быть направлено на социальную реабилитацию осужденных. Поэтому, кроме военных, в местах лишения свободы должны быть гражданские: социальные работники, психологи, которым просто нет смысла пытать заключенных», - сказал Жовтис.

Применяемые на сегодняшний день в казахстанских тюрьмах и следственных изоляторах меры, дающие возможность заключенным жаловаться на условия содержания и сообщать о вопиющих фактах, по словам Жовтиса, работают очень-очень слабо.

«В местах лишения свободы есть ящики, куда осужденные могут бросать письма, жалобы, заявления, которые по закону не должны вскрываться и подвергаться цензуре, если они идут в прокуратуру или другие органы. К сожалению, никакого доверия ни у кого к этим ящикам нет. Никто туда ничего не кидает, они зарастают пылью – этот механизм не работает.

Другой механизм – телефонные звонки. Право на 15-минутный звонок причем без ограничения количества имеют все заключенные. Но посмотрите, что в зонах творится с таксофонами! Мы по фильмам видим, как осужденный в американской тюрьме идет к телефону, берет трубку и звонит по нему. А у нас ничего подобного нет. У нас, во-первых, для того, чтобы добраться до этого телефона, нужно много чего пройти. А во-вторых, проблема в том, что аппаратов не хватает, выстраивается большая очередь. То есть и этот механизм не очень сильно работает.

Третье – это те самые визиты, которые осуществляет Национальный превентивный механизм по предупреждению пыток. К сожалению, у него ресурсов не так много, чтобы постоянно посещать зону. А получать сведения изнутри крайне сложно, потому что эта система закрытая, она старается в максимальной степени не допускать выхода информации», - отметил Жовтис.

Идею внедрить в пенитенциарные учреждения по сотруднику от Казахстанского бюро по правам человека, чтобы те выслушивали заключенных и контролировали условия их содержания, Евгений Жовтис сразу забраковал. По его словам, такой метод не поможет в решении проблемы и будет малоэффективен.

«Посадить от нашего Бюро туда человека – это не решение. Во-первых, ресурсов нет, чтобы это содержать. Во-вторых, колония – это же вам не большая площадь, где люди туда-сюда ходят. Это отдельные блокированные участки, которые между собой не соединяются, они отгорожены железными дверьми, воротами. Просто так из одного участка в другой пройти нельзя. Даже если у представителя нашего бюро или другой правозащитной организации будет там свой кабинет, заключенный просто туда не дойдет. Это будет очень сложно сделать», - считает эксперт.

Удручающе на ситуацию повлияло и ограничение свиданий заключенных с родственниками, отмечает Евгений Жовтис. Канал, который раньше приносил хоть какую-то информацию о проблемах осужденных, сейчас практически перекрыт.

«Сейчас очень сильно ограничили количество свиданий с родственниками. Раньше этот канал часто был эффективен: осужденные знали, у кого ближайшее свидание, и могли какую-то информацию передать. Когда речь идет о следственных изоляторах, там чуть попроще. Там адвокаты могут что-то как-то контролировать. Но проблема в том, что у многих осужденных либо нет адвокатов, либо это адвокаты по назначению, то есть государственные, а у них, как правило, особого желания серьезно работать нет.

Можно, конечно, попытаться увеличить количество таксофонов, количество визитов, получать какую-то информацию через родственников, но проблему так решить сложно. Это вопрос системный. Я считаю, что нужно убирать всю систему из ведения Министерства внутренних дел и демилитаризовывать ее в максимальной степени», - заключил Жовтис.

Вчера

18 сентября

Новости партнеров

Загрузка...
Сейчас в эфире