{metadescription}
Младенец в холодильнике: подсудимые врачи выступили с последним словом
Младенец в холодильнике: подсудимые врачи выступили с последним словом

Младенец в холодильнике: подсудимые врачи выступили с последним словом

Громкое дело врачей, которых обвиняют в убийстве новорожденного в Атырау, подходит к концу. Обвинение запросило для пятерых медиков от 3 до 20 лет лишения свободы.  Но в своем последнем слове врачи заявили, что не понимают, в чем их обвиняют, и виноватыми себя не считают.

Жуткая история произошла осенью прошлого года. В областном перинатальном центре родился недоношенный ребенок. Его оформили как мертворожденного. А после того как малыш подал признаки жизни, врачи, как утверждает следствие, не стали переделывать документы и положили малыша в холодильную камеру, где тот и скончался. 

Главным фигурантом этого дела стал главврач Куаныш Нысанбаев. Его обвиняют не только в убийстве младенца, но и в превышении должностных полномочий, даче взятки. Ни с одним из семи эпизодов Нысанбаев не согласен.

В суде он вел себя довольно уверенно и эмоционально, хотя потребовал, чтобы его лицо не показывали. Обвинил даже СМИ в том, что мы якобы однобоко подаем информацию. А еще Нысанбаев считает, что никто так и не доказал, когда умер ребенок еще в утробе или все-таки в холодильнике.

Куаныш Нысанбаев, подсудимый:

В СМИ пишут, что Нысанбаев превысил полномочия. Что я сделал? Уважаемый суд, хочу обратить ваше внимание, до сегодняшнего дня подтверждающих документов нет. Я считаю, это не доказано. 

Нысанбаев теперь просит президента и генпрокурора вмешаться в эту историю и пересмотреть его дело. В медицинском сообществе давно говорят о декриминализации так называемых врачебных ошибок. Но Уголовный кодекс пока никто не менял. Да и ошибок меньше не стало. Особенно беспокоит экспертов рост младенческой и материнской смертности.

Зал заседаний в Атырау. На скамье подсудимых пять медиков. Их обвиняют в убийстве новорожденного. Больше года назад они приняли преждевременные роды. Врачи решили, что малыш не дышит. Но спустя время ребенок зашевелился. По версии следствия, чтобы не переделывать документы, доктора оставили его умирать в холодильнике. 

Нуржамал Турынбетова, потерпевшая:

– Я полностью поддерживаю прокуроров. Из-за них я лишилась своего ребенка. Эти люди должны понести наказание за то, что совершили со мной и моей семьей.

Возможно, об этой истории никто бы и не узнал. Если бы оперативники не подслушали телефонный разговор главного врача Куаныша Нысанбаева. Мужчину заподозрили во взяточничестве и устроили слежку. Расшифровка телефонного разговора акушера-гинеколога и руководителя перинатального центра потрясла всю страну. Судьбу ребенка взрослые решили за считанные минуты.

Аскар Каиржан, акушер-гинеколог:

– Мы сейчас хотим в морг его отправить, но он шевелится. Что делать?

Куаныш Нысанбаев, главврач:

– Он ведь не жилец, утром отправь его, какие проблемы?

Аскар Каиржан, акушер-гинеколог:

– Он шевелится. Что, положить его в холодильник, сказав, что ночью в морге не принимают?

Куаныш Нысанбаев, главврач:

– Правда шевелит ножкой? Положи его в холодильник, что поделаешь.

Аскар Каиржан, акушер-гинеколог:

– Да простит нас Бог!  

Вместе с главврачом, который отдал приказ, и акушером, который его исполнил, в деле замешаны еще три медика: неонатологи и медсестра. По версии следствия, они знали о преступлении, но не сообщили об этом полицейским. Впрочем, сами обвиняемые виновными себя не считают. В содеянном никто из подсудимых так и не признался.

Куаныш Нысанбаев, подозреваемый:

– Я до сих пор читаю обвинительный акт и не понимаю, в чем я виновен. Никто: ни Жамиля, ни Аскар, ни я – не делали этого. Я хочу сказать президенту, народу, что не нарушал закона, я честно работал и буду работать!

Дальнейшая карьера этих врачей, похоже, не сложится. За убийство новорожденного прокуроры запросили для Куаныша Нысанбаева 20 лет колонии. Его подчиненные, акушер-гинеколог и медсестра, могут угодить за решетку на 17 лет. Неонатологам, которые решили закрыть глаза на преступление, грозит три года ограничения свободы. Впрочем, это один из немногих случаев, когда медицинский скандал дошел до суда. Специалисты отмечают, чаще халатность врачей остается безнаказанной.

Сергей Уткин, юрист:

– С точки зрения пациента – доказать вину врача очень сложно, потому что вся документация в руках врача. И он все может сфабриковать так, как нужно, когда случился какой-то инцидент. Второй момент – это люди, которые устанавливают вину врача: эксперты, комиссии врачебные, там тоже врачи. У врачей все-таки корпоративная солидарность присутствует. Поэтому тяжело, чтобы эксперты сказали, что этот врач действительно виноват.

Это все его видео, здесь видно, как он дышит, какая у него одышка.

Доказать вину медиков уже несколько месяцев пытается алматинка Нурсулу Мусина. Этим летом молодая женщина потеряла сына. У трехмесячного Кадира остановилось сердце. Безутешная мать уверена, малышу поздно поставили диагноз.   

Нурсулу Мусина:

– Как только он родился, заметила, что он очень странно дышит. Я даже не знала, как это называется. Потом мне объяснили, что это была одышка. У него она была очень сильная. То есть диафрагма вгибалась и выгибалась. Иногда бывало, как будто постанывал, что ли. С первого дня в роддоме я задавала вопрос: «Почему он так дышит?» Мне ответили: «Нормально он дышит».

О том, что у ребенка порок сердца, родители узнали случайно, когда гостили у родных в Костанайской области. Там мальчика осмотрел другой врач и заключил: малышу нужна срочная операция! Путь домой оказался слишком сложным. В итоге спасти трехмесячного Кадира не удалось. 

Нурсулу Мусина:

Упущено время. Если бы хотя бы месяц назад… У него все шансы на жизнь были. Если бы вовремя прооперировали, у моего сына были бы шансы на 95%, что он выживет.

По статистике, в стране ежегодно фиксируют около 2500 смертей среди новорожденных. Неуклонно растет материнская смертность. Только за этот год умерших женщин стало в четыре раза больше. За последние восемь месяцев в казахстанских роддомах скончалась 131 роженица. Часть из них – по вине медиков. Но эксперты считают, избежать врачебных ошибок полностью невозможно.

Вячеслав Локшин, директор Международного клинического центра репродуктологии:

– Ошибка – это неумышленное действие, которое может привести к неправильной диагностике, неправильному лечению. Да, есть определенные стандарты, есть протоколы. Но все люди разные. Конечно, ошибки в медицине очень дорого стоят, но без них не было бы развития медицины. Врач – человек. В медицине доля человеческого фактора до сих пор велика.

Но еще больше тех, кто в этих ошибках медиков обвиняет. Казахстанцы в сети открыто говорят о проблемах здравоохранения. На этой неделе история алматинки, которая после родов лишилась главного репродуктивного органа, потрясла Казнет. Девушка винит во всем врачей и уже написала заявление в полицию.

Довести дело до суда пыталась и семья Ихсановых. У их трехлетнего сына гидроцефалия, полная слепота и вывих нескольких позвонков. Родные уверяют, травмы мальчик получил в роддоме.

Гульзат Ихсанова:

– Я попала на роды, получается. И отмечали день труда медицинских работников. В связи с этим никто не принимал роды. Мало того что они затянули роды, плюс к этому они еще вывихнули ему позвонок С1, С2. Это самые первые позвонки, которые отвечают за механизацию движения. Внутриутробно будучи был здоровым, а сейчас он тяжелый инвалид.

Теперь вся жизнь Ихсановых – это сборы и хирургические вмешательства. Сейчас семья готовится к поездке в Израиль. Там согласились провести сложнейшую операцию на мозге. Но средств не хватает. Чтобы покрыть расходы, нужно еще 25 тысяч долларов.

Гульзат Ихсанова:

– В основном все фонды уже отказали, что нет, они не помогают таким детям безнадежным. Это ошибка однозначно врачей. Я ходила за выписками, они мне сказали: «Извините, что так получилось, обычно мы роды нормально принимаем». 

Медики говорят, ошибки случаются в любой профессии. Важно уметь отличать их от халатности. А еще спрашивают: если всех врачей страны наказать, кто тогда будет лечить?

Вячеслав Локшин, директор Международного клинического центра репродуктологии:

– Я терял женщину. Я это хорошо помню, мы все сделали, что могли. Был тяжелейший гепатит и кровотечение, которое мы не могли остановить, не было даже препаратов всех. Это было сложное начало 90-х годов. И что, надо было меня посадить? Ну и кому было бы от этого легче?..

Смотрите нас в YouTube! Читайте в Facebook, Instagram и Telegram!

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Вчера

Новости партнеров

Загрузка...
Сейчас в эфире
Для просмотра требуется поддержка flash и javascript.