{metadescription}
Петь во весь голос: чудес нет, есть техника

Петь во весь голос: чудес нет, есть техника

Культовый педагог вокала с 30-летним стажем, автор уникальной по своей эффективности методики постановки голоса Мария Струве посетила Казахстан, чтобы показать, где же у каждого из нас находится голос и как им управлять? Подробнее о технике обучения вокалу, зажимах, блоках и располагающих к пению национальных языках – в нашем интервью.

Наша жизнь во многом зависит от голоса. Он является инструментом самовыражения, залогом успешной коммуникации, показателем личностного роста. Как утверждает Мария Струве, ее технология, которая, кстати, на сегодня является единственной научно обоснованной во всем мире, позволяет «раскрыть» голос, увеличить его силу, глубину, а также научиться работать во всем диапазоне, красиво говорить и навсегда распрощаться с голосовыми проблемами.

Родители Марии Георгиевны – известные музыканты и хормейстеры. В детстве, глядя на маму и папу, она тоже мечтала о музыкальной карьере, но путь ее оказался совсем не прост. В 16 лет Мария так травмировала голосовые связки, что врачи не могли ничего предложить, кроме операции. Однако Мария не отчаялась и начала искать другой выход. Она на десятилетия погрузилась в исследования, опираясь на знания точных наук и физиологии. В итоге Мария Струве создала действующую методику, позволяющую «вытаскивать» голос у каждого, даже никогда не певшего человека. Чудеса, скажете вы? Нет – дело техники.

- Мария Георгиевна, Вы говорите, что помогаете людям вспомнить тот звонкий, льющийся голос, который был у всех в детстве. Получается, мы все имеем голос, но просто его забыли?

- Да, и способствовали этому сперва наши родители, затем воспитательницы, потом учителя в школе. Все же слышали в детстве такие фразы: «тише», «не ори», «закрой рот» и так далее. В Казахстане это меньше заметно, здесь детей любят. А в России, например, к детям относятся достаточно жестко. Причем порой затыкают не только голос, но и самого человека. Его могут просто обижать: не взять на работу, к примеру. Любые неприятности, с которыми человек сталкивается, в первую очередь отражаются на голосе. На самом деле талантливы все, просто нам нужно это умение вернуть.

Снять блоки, разжать зажимы помогает моя технология. Ее я создавала долго, больше 20 лет. Под каждым упражнением, которое я предлагаю, целый свод научных исследований. За годы работы я эти упражнения сжала, уменьшила, улучшила, укоротила, как только можно. И сейчас на интенсиве я даю всю оперную технику. Она настолько объективна, что человеку за четыре дня можно полностью «вытащить» голос. Конечно, есть особо зажатые люди, которым один интенсив не поможет. Им этого будет мало.

- Все-таки есть некий скептицизм у людей по поводу столь коротких сроков. В консерваториях учат петь годами, а Вы – за четыре дня. Как Вам хватает этого времени?

- Есть замешательство из-за непонимания того, что такое голос и кто такой певец. Певец, на мой взгляд, условно состоит из четырех частей: голоса, харизмы, репертуара и техники. Мы знаем в истории людей, которые были вообще без голоса, но у них был замечательный репертуар и харизма, что они добились большой популярности.

Поставленный голос – это голос, который слушается и который может петь репертуар. Мы часто «вытаскиваем» голос, делая различные упражнения на какие-то буквы, звуки. Но в каждом куплете свои, совершенно разные звуки, и многие участники с ними не справляются. Поэтому скептицизм правилен в том смысле, что певца вот так запросто не сделаешь. Ему нужен репертуар, который нарабатывается годами, а также музыкальное образование, харизма, артистичность. То есть надо разделять: за четыре дня человеку можно показать его голос и поставить его, но сделать тот же репертуар – нельзя.

- Что помогает сохранить голос?

- А его и не надо беречь. Не надо бояться есть мороженое, щелкать семечки. Не надо пить яйца, чтобы он звучал. Это ложные данные. Нужно просто правильно им заниматься. Зная технику вокала, человек понимает, отчего у него плохо с голосом, и никогда больше не допускает этого.

В вокале как в спорте. Люди, к сожалению, не понимают, что голос нужно тренировать, а потом уже заниматься искусством. Иначе – верная гибель, ведь мы видим, как многие исполнители хорошо поют в молодости, а потом их голос звучит все хуже и хуже. 

- Помогают ли стихотворения, скороговорки для голоса?

- Нет, для голоса категорически не помогают. Хоть уговорись. Разговорная речь сама по себе не обладает той сильной волной, которая возникает при пении. Скороговорки способны сделать речь лучше на процентов пять. Для меня эта разница слишком маленькая, чтобы все это имело смысл. Вот когда человек поет и вытягивает волну – ту, что образуется, когда дети вскрикивают, и их слышно на другом конце дома – это совсем другое дело. На этом фоне человек начинает разговаривать в другом месте. Если научиться правильно направлять эту волну, то речь становится абсолютно чистой.

Детям мы очень быстро ставим буквы без всяких этих упражнений, которые останавливают волну, она не идет куда надо, и у ребенка наоборот голос становится глуше. Его надо распеть, потом объяснить, как эти буквы правильно произносить. Насчет буквы «р» есть расхожее мнение, что надо уздечку подрезать. Но, оказывается, если правильно выдыхать, то «р» может колебаться другими местами языка. У меня были люди, которые по 30 лет ничего с этим не могли сделать, и вдруг слышат у себя «р», причем ничего не делают – просто поют. Потом я определенным образом прошу выдохнуть, и они сразу издают «р».

- Мария Георгиевна, а правда, что жителям горной местности пение дается легче?

- Как я уже отметила, у всех людей есть определенные зажимы, накопившиеся за жизнь, за детство, за всякие принудительные остановки, когда хотелось заговорить или закричать, и так далее. Когда мы занимаемся выше уровня моря, то разжать их можно быстрее. Поэтому у алматинцев действительно в этом плане есть большой плюс. Из-за того, что город расположен выше уровня моря, здесь другие соотношения давления, отчего некоторые вещи в пении происходят быстрее. То есть люди за несколько часов делают то, что у нас делают в таких случаях за недели и даже за месяцы.

- А как казахский язык влияет на способности к пению?

- Очень хорошо. В казахском языке есть буквы ғ, қ – это очень хорошие звуки для того, чтобы хорошо выдыхать. Если эти и подобные звуки имеются в разговорной речи, то человеку легче петь. То же, например, с «гарна дівчина». Вы слышите, как поет Украина? Она поет на голову лучше многих. Или какой звуковой язык в Китае? Они говорят – будто поют, если вы прислушаетесь. Поэтому у них развитие и голоса, и интонации совершенно другое. Азиатские народы не так «циливизованы» в плане затыканий и молчания, они очень эмоциональны и у них меньше зажимов.

Среди американцев, например, единицы с настоящими голосами. Но у них и культура исполнительства вообще другая. В Европе немцы допустим, датчане, финны, поляки при том, что они все поют и гениальны в плане исполнительства, но вообще без голоса. Звукоизвлечение скудное, они все на горле «сидят».

- Сейчас все восхищаются голосом нашего Димаша Кудайбергена. Вот у него техника или природное дарование, на Ваш взгляд?

- Я не думаю, что это чисто природное дарование. На слух у меня ощущение, что он с этим поработал. Там очень много правильного, хотя я бы, например, еще кое-что добавила. В его голосе я слышу очень большой контроль, очень большое управление. Скорее всего, он понимает, как это делается. Мне кажется, что у вашего солиста не только природа, но и какой-то навык. Нужно посмотреть, как он пел, допустим, пять лет назад. И тогда будет все сразу ясно. Мне что-то подсказывает, что ему кто-то все-таки помог.

- Как Вы помогли нашей Данэлии Тулешовой?

- По поводу Данэлии, у нее феноменальное исполнительское мастерство. Когда я увидела ее полгода назад, меня поразило то, как она пела. Но при этом она была абсолютно вся зажатая. Ей было неудобно, и она высказалась, что ей нужен голос. И сейчас она делает всех на конкурсе «Голос. Діти» в Украине. Я считаю, что это великий исполнитель нашего времени. И ей нужно держать в порядке голос, а все остальное ей даже не надо советовать. Я думаю, она должна победить, и искренне болею за вашего ребенка!

- А кто еще из знаменитостей у Вас обучался?

- У меня брали уроки несколько оперных певцов, они находятся в разных городах России, есть и одна оперная певица в Америке. Я спасла Сати Казанову от операции и помогла ей раскрыть возможности – тот красивый голос, который, я считаю, до нашей встречи никто не слышал. Еще я дружу с Сашей Реввой. Он сейчас не занимается, но мы всегда на связи. Я помогла Насте Стоцкой, у нее прекрасный голос и до этого был, но после нашей встречи она им стала лучше управлять, запела как-то легче и спокойнее.

- Кроме певцов к Вам за помощью обращаются и бизнесмены, чтобы поставить голос. Для них другая методика?

- К нам приходит много людей, которые по жизни даже не хотят петь. Некоторым нужен поставленный голос, чтобы доносить, выступать перед публикой. У нас огромное количество упражнений на общение, на смелость. Если у человека становится лучше голос, он, естественно, становится смелее. Программа у нас не отличается от вокальной, но отличается мастер-класс. На нем я привожу к тому, что им надо петь. После этого они идут уже независимо от того, хотят ли эстрадный голос или просто четкую дикцию и уверенность.

Я считаю, что эти знания нужны всем людям и особенно вокалистам. Мы обучаем педагогов нашей методике, дальше они уезжают в свои города, открывают школы, которые в дальнейшем мы держим на контроле. Мы хотим открыть наши центры по всему миру. Я считаю, что я не просто человек, который «вытаскивает» голос. Я выполняю миссию в том, чтобы вернуть людям правильное понимание голоса, вернуть оперным дивам их голоса. Тогда наш мир изменится, ведь через голос открывается самая главная способность – быть смелым, добрым и счастливым человеком.

- Спасибо за интересную беседу!

 

Мария Струве – именитый педагог по вокалу, дирижер, хормейстер, автор единственной научно обоснованной методики постановки голоса.

Вчера

Новости партнеров

Загрузка...
Сейчас в эфире