{metadescription}
Дважды отказники: почему усыновленных детей возвращают в детдома

Дважды отказники: почему усыновленных детей возвращают в детдома

Ребенка бросают свои родители, он попадает в детский дом, в какой-то прекрасный день его усыновляют, и через некоторое время возвращают обратно. Нетрудно понять, что творится в душе у малыша. Как сделать, чтобы таких случаев было как можно меньше? Руководители казахстанских детдомов знают.

Ребенок должен жить в семье! Никаких детдомов! Сколько подобных речей звучало и звучит… Однако. С другой стороны, нашлись для воспитанника учреждения приемные родители – хорошо это или плохо. Сразу не понять.

У многих казахстанцев, которые готовятся к усыновлению, просто неправильная мотивация. Об этом говорят психологи, участники проекта «Центр поддержки семьи», реализуемого общественным движением «Ребенок должен жить в семье» и общественным фондом «Семейная Академия». Вот сухие цифры бездушной статистики: по данным Комитета по охране прав детей МОН РК, в 2014 году после отмены усыновления в детские дома вновь поступили 250 детей, в 2015 году – 246 детей. Как считают психологи, это происходит от того, что приемные родители следуют принципу не «семья для ребенка», а «ребенок для семьи».

Для них ребенок как игрушка

Организатор «Клуба приемных родителей» Жанна Ким на встрече активистов рассказала несколько случаев из жизни, когда детей возвращали детдомам. По ее словам, такого травмирования психики ребенка можно было избежать, если в стране существовали бы адекватные меры по отказу приемным родителям в усыновлении на основе их психологического заключения.

«Мы выявили пять факторов возврата детей: первое – изначально неверная мотивация, второе – отсутствие достойной ШПР (Школы приемных родителей), третье – отсутствие сопровождения родителей в период адаптации, четверное – отсутствие школы для детей, которая будет готовить их в семьи, пятое – неподготовленные сообщества, СМИ, школы к принятию приемных родителей и приемных детей в общество, т.е. негатив», – сказала Жанна Ким.

У нее с мужем Эдуардом 10 детей: трое собственных и семеро взятых в семью. Имея богатый опыт воспитания детей, Жанна Ким часто консультирует по «горячей линии» других родителей, сталкивающихся с подобными проблемами.

«Человек зачастую не понимает, что он берет ребенка, которому нужно восстановление. Он хочет «игрушку». Недавно у меня была такая ситуация: мы приемной маме говорим, что она еще не готова, что ей нужно пройти ШПР. Она говорит: «Мне некогда» и лишь дважды посещает наш клуб. Далее она находит ребенка в детском доме, который не говорит на ее языке. Она снова идет ко мне за консультацией. Я ей советую изучить язык ребенка, на что она говорит: «Пускай учит мой!».

Я уже с директором этого детского дома связываюсь, прошу ее как-то остановить, растянуть время посещений. Но женщина грозит тем, что будет жаловаться в прокуратуру, если мы не дадим ей ребенка. В итоге она взяла девочку, которая, придя домой, не стала ее слушаться, потому что она не понимает по-русски. И начались сообщения: «Как мне ее вернуть в детский дом раньше времени?», «Заберите ее отсюда!», «Она мне не нужна!». А ребенок не хочет от нее уходить, ему понравилась бабушка, дедушка, она просит не отводить ее обратно», – рассказала Жанна Ким.

Малышка вновь попала в детский дом. Жанна Ким уверена, что таким приемным родителям ребенка нельзя было давать изначально. Они психологически не готовы к этому, несмотря на материальное благополучие.

«Эта женщина была на индивидуальной консультации пять раз. Когда она вернула ребенка, я спросила о ее дальнейших действиях. Она сказала: «Теперь я усиленно буду искать себе мужа, без мужа я не возьму». Понимаете, тут бесполезно вообще ей что-то объяснять! Каждый второй звонок на горячую линию у меня примерно такой: «Девочку найдешь мне трех лет, есть у тебя там?». Я приглашаю на консультацию, и мне отвечают: «Что мне консультация, скажи есть или нет». Если бы с телеэкранов, от знаменитостей шло то, что нужно иметь правильную мотивацию и быть готовым к трудностям, я думаю, количество возвратов уменьшилось бы», – считает Жанна.

Печально, но все обстоит именно так, подтвердила слова Жанны психолог и преподаватель «Школы наставников» Наталья Ткаченко. Ребенок многим, по ее словам, нужен лишь в качестве помощника. 

«То, что я видела на «Школе наставников» и на «Школе приемных родителей», на самом деле производит удручающее впечатление. Больше половины людей приходят туда с определенными целями на ребенка. То есть это не та мотивация: «я хочу ребенка, я готова к материнству». Я вижу, им нужен либо помощник по дому, либо кто-то помоложе, кто стакан воды подаст, как мы говорим, либо няня, которая будет заботиться об их маленьких детях или о детях инвалидов», – отметила психолог.

Самих взрослых еще надо воспитать…

Формировать осознанное отношение к родительству готовы именно тренеры «Школы приемных родителей» и «Школы наставников». Бездетные пары здесь могут через социальных и медицинских работников, психологов и юристов получить всю необходимую информацию, сэкономив время и нервы не только себе, кстати. Занятия обычно проходят в небольших группах, конфиденциально, чтобы у каждого была возможность высказаться, задать вопросы, пообщаться с опытными приемными родителями и специалистами.

Как именно общественники с экспертами помогают обрести счастье? Заглянуть на «кухню» предложила психолог «Центра поддержки семьи» Олеся Никонова.

«На прошлой нашей школе у нас было 39 человек изначально, и только 23 прошли всю школу, получили сертификаты и потом с нами взаимодействовали. Кто-то отсеялся, поняв, что у него мотивация не та, и что он не потянет. Был случай, что кто-то пришел за грудничком, а ушел с подростком и при этом комфортно себя чувствовал. Это показывает важность школы, мы проговариваем шаги, описываем все трудности, которые могут возникнуть, и рассказываем, как их преодолеть», – делится Олеся Никонова.

После ШПР людям, желающим усыновить или удочерить тех, кого бросили, предлагают пройти тестирование. Это помогает выявить мотивацию и уровень готовности. «Центр поддержки семьи» также готов давать рекомендации органам опеки, однако такая диагностика в Казахстане практически не пользуется спросом, посетовала Никонова.

Все хорошо, но этого мало, уверяют женщины. Они хотят, чтобы описанные ими правила были закреплены законодательно. Будет непросто, но с чего-то надо начинать. К примеру, руководитель «Лиги женщин творческой инициативы» Асия Хайруллина считает, что подкорректировать пришлось бы целый ряд законов.

«Это Закон РК «О профилактике правонарушений среди несовершеннолетних», Кодекс РК «О здоровье народа и системе здравоохранения», законодательство по социальной защите населения и многое другое», – отмечает она.

Плюс ко всему перечисленному нужны детские психологи и специалисты, которые работали бы именно с детьми и родителями. А руководить всей работой могло бы Министерство семьи, считают эксперты.

«Тот результат, о котором мы говорим – это состояние нашего общества, семейных ценностей, готовности к ребенку. Он рождается у нас не как дар в семье, а как «случайно заброшенный» организм, на котором можно что угодно испытывать. Поэтому здесь даже приемные родители не виноваты, здесь виноваты в целом наши мозги!» – резюмировала Хайруллина.

Фото: vashgorod.ru, nnm.me, misanec.ru.

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Не оставляй меня, мама!

Брошенные дети ждут своих наставников!

Они учат детей-сирот принимать решения и делать выбор

Как можно и как нельзя называть детей в Казахстане?

Шесть опасных мифов о приемных детях

Названы опасные ошибки в воспитании детей

Вчера

16 ноября

15 ноября

Новости партнеров

Загрузка...
Сейчас в эфире
Для просмотра требуется поддержка flash и javascript.